— Ни в коем случае, — прошептала Билли.
Она свернулась на диване, закутавшись в один из мягких махровых халатов, которыми обеспечивал отель. Ее влажные волосы были закручены в тюрбан. Трэвис нахмурился — он явно предпочитал видеть ее обнаженной.
— У меня много времени, — объяснил он, вытаскивая пробку из бутылки с охлажденным шампанским.
— Шампанское! С утра? — засмеялась Билли.
— А почему бы нет? Это особый день, для меня по крайней мере, — серьезно сказал он, протягивая ей стакан.
Она разбавила шампанское свежевыжатым апельсиновым соком.
Для меня это тоже особый день, подумала она, день, который я запомню на всю жизнь.
— Так когда твой рейс? — спросила Билли.
Выяснилось, что он должен ехать в аэропорт менее чем через час. А Билли предстояло убить еще двенадцать часов, прежде чем она последует за ним через Атлантику. Она уже раскрыла было рот, чтобы сказать ему об этом, но что-то ее остановило.
— Иди поешь, — настаивал он, подсаживаясь к кофейному столику.
Билли согласилась.
— Рогалик? Булочка? Клубника со сливками? Может, заказать что-нибудь горячее?
— Рогалики очень вкусные, — заверила она его.
Трэвис кивнул, взял один, обмакнул в баночку с клубничным джемом и стал кормить Билли из рук. Выражение лица у него было торжественное. Закончив кормить, он поцелуем стер остатки джема с уголков ее рта. И снова будто электрический ток прошел по ее телу.
Трэвис улыбнулся. Они не нуждались в словах. Они были вместе, и ничто в мире больше не имело значения. Он потянулся к блюду с клубникой, взял одну, обмакнул ее в сливки и поднес ко рту Билли. На этот раз он позволил ей сделать то же самое. Такое взаимное кормление казалось обоим очень эротичным и возбуждающим. Но теперь, переполненные друг другом, они уже могли позволить себе ждать. Ожидание, воздержание становились частью предстоящей любовной игры.
Удовлетворенный, Трэвис с улыбкой смотрел на нее.
— Но, любовь моя, есть что-то еще, что мы должны обсудить, и скоро. Дети, — добавил он, увидев вопрос в глазах Билли. — Продолжая в таком же духе, мы будем иметь до следующего Рождества полный дом детей.
— А ты бы возражал? — спросила она осторожно.
Он усмехнулся.
— Сейчас с одним или двумя я бы, вероятно, справился, вместе с кошками.
У Билли не хватило смелости спросить, что именно хотел он этим сказать.
Одевались они раздельно, понимая, что с их накалом страстей они так и не смогли бы расстаться, если бы снова увидели друг друга обнаженными.
— Я закажу машину и отвезу тебя домой, — сказал Трэвис, — а потом уж поеду в аэропорт.
Билли покачала головой.
— Не надо. Я возьму такси. Ненавижу долгие расставания. Кроме того, — добавила она с лукавым блеском в глазах, — мы бы, вероятно, при расставании смутили твоего шофера, если бы, конечно, полиция не арестовала нас, прежде чем мы проделали бы половину пути.
Трэвис улыбнулся.
— Когда ты приедешь домой, Билли? Ты вообще собираешься домой? — вдруг неуверенно спросил он.
— Скоро, — пообещала она. И опять чуть было не сказала, когда именно. Но в последний момент решила, что сделает ему сюрприз.
Выходя из номера, он поцеловал ее медленно и нежно. В лифте они держались за руки, как дети.
Трэвис забрал из гардероба жакет Билли и заказал такси.