— Точно, детский сад! — Мишка попытался встать, но Игорь с размаху огрел его подушкой по голове. Началась веселая возня.
— Вы что, спятили все? — крикнул Блоха. — Нашли время! — не выдержал и, занося подушку, ринулся в бой.
В конце концов все повалились на диван, хохоча и тяжело отдуваясь.
— Время! — глянув на часы и вскакивая, скомандовал Мишка. — Соня, одевайся. Игорь, помоги ей.
Под окном послышался сигнал. Соня, уже одетая в свое пышное платье, надела шляпку и взяла пупса. Сделала себе книксен перед зеркалом и пошла к двери.
Блоха за столом торопливо писал крупными буквами на свадебном конверте: «Лубянка. КГБ. Следователю ИГНАТОВУ А. С.». Потом на открытке с целующимися голубками: «ИДИТЕ ВЫ ВСЕ НАХ..».
— Мемуары пишешь? — спросил Игорь. — Рано еще.
— Донос в КГБ, — деловито ответил Блоха, запечатывая конверт.
— А это уже поздно, — засмеялся Мишка.
Они, хохоча, высыпали из подъезда — Блоха по пути бросил конверт в почтовый ящик — и сели в «Чайку». Машина тронулась.
— Я звонил, заказал вам погоду, — обернулся с переднего сиденья Богуславский. — Двадцать пять градусов, ни облачка. Правда, вода пока восемнадцать, но к вашему приезду обещали подогреть!
Все с готовностью засмеялись.
— Соня, пока не забыл: мама просила еще раз напомнить — не купайся в холодной воде, не сиди на солнце, вечером одевайся теплее…
— Не ходи босиком, — подхватил Игорь, — не пей сырую воду, не ешь немытых фруктов…
— Не заплывай за буйки, не переходи улицу на красный свет, не стой под грузом, не подходи — убьет! — закончил Блоха.
Когда уже выехали из города, Соня вдруг закрыла глаза и откинулась на спинку.
— Тебе плохо? — тревожно спросил Игорь. — Соня, тебе плохо?
Богуславский обернулся:
— Что с тобой?.. Может, остановимся?
Соня отрицательно помотала головой — и вдруг наклонилась, зажимая рот ладонями.
— Стой! — скомандовал Богуславский шоферу. Машина съехала на обочину.
Соня вышла и, закрыв лицо ладонями, покачиваясь, пошла от дороги. Игорь догнал ее, поддержал под локоть, но Соня досадливо отмахнулась, прошла еще несколько шагов и прислонилась к дереву. Игорь вернулся к машине.
— Укачало, наверное…
— Токсикоз? — спросил отец.
— Ты меня спрашиваешь? Что бы я в этом понимал!
Они стояли у машины, глядя издалека на Соню.
— Может, не стоит лететь в таком состоянии? — неуверенно спросил Борис Аркадьевич.
— Ничего, скоро пройдет.
— Опаздываем, — посмотрел на часы отец.
— Задержи самолет! — сказал Игорь.