Избранная публицистика Эрнеста Хемингуэя призвана восполнить знания читателя о Хемингуэе-публицисте, газетчике, чутко и оперативно откликавшемся на важнейшие события своего времени. В однотомник
Основываясь на личном опыте, автор изображает беседы нескольких молодых офицеров во время продвижения в России, когда грядущая Сталинградская катастрофа уже отбрасывала вперед свои тени. Беседы
Автор книги — генерал-лейтенант в отставке П. М. Шафаренко — в годы Великой Отечественной войны командовал воздушно-десантной бригадой, рядом общевойсковых соединений, сражавшихся на разных фронтах.
«Чероки» это роман в ритме джаза — безудержный, завораживающий, головокружительный, пленяющий полнозвучностью каждой детали и абсолютной непредсказуемостью интриги. Жорж Шав довольствовался малым,
В работе «Об основах ленинизма» (1924) И. В. Сталин писал: «Кому не известна болезнь „революционного“ сочинительства и „революционного“ планотворчества, имеющая своим источником веру в силу декрета,
Три сестры — эмигрантки из Финляндии — живут в Америке. Старшая, Юханна, взвалила на себя ответственность за сестер, но ни благодарности, ни понимания с их стороны она не видит. А тут еще младшая,
Этот мужчина никогда не путешествовал, он приходит на вокзал, чтобы посмотреть на локомотив, а дома рисует его, повторяет детали и линии множеством набросков. Однажды на вокзале он встречает женщину.
День и ночь перепутались, поменялись местами. Такие странности — спутник возраста бабушки? А может быть, действительно порой трудно отличить закат от восхода…
Три пожилых леди отправились на островок в гавани — в ресторан. Здание было построено еще в начале века, но они были здесь впервые. Заказав коктейль «White Lady», они то вспоминают прошлое, то
Она проснулась под тихий шум снегоочистителей за окном и вышла из дома. Ночью была гроза. По тротуарам струилась вода, мокрые комья снега падали с крыш. Они встретились на улице и говорили о том, что
Эмили и Кристиан живут в полуразрушенном покинутом городе. Она регулярно ходит искать съестное — в разоренные магазины, по брошенным домам. Но в городе они не одни: есть еще «те, другие». Может,