Роза боится голоса, боится присутствия, боится всего этого. Роза боится Дезеля.

– Почему тебе нравится делать мне больно, а? – Потому что тебе нравится, когда я делаю тебе больно?

если мир

Но это неважно, важно вот что: у Натаниэля есть отдельная квартира, у Кастиэля – чувство собственного удовлетворения и десяток новых подколок в сторону старосты, у школы – причина для сплетен.

Когда Шелия в следующий раз мнётся ночью на пороге, её слегка потряхивает, и тогда Румменигге встаёт ей навстречу.

Как только Александра пытается начать соответствовать своей новой жизни, то сталкивается с обманом внутри дворцовых стен. И когда придворные женщины сплачиваются против неё, на девушку обрушивается

Когда Эш Карпентер воображает школьницу, изображение в его голове не соответствует действительности. Она носит длинную старомодную юбку, которая скрывает её изящные ноги. Её большие по размеру

Безумная, всепоглощающая страсть толкает известную фотомодель Дорис Ламберт в объятия пресыщенного интеллектуала Итана Росса. Но пройдет немало времени, прежде чем он разглядит под маской чувственной

Бэк всегда выглядит так, как будто ему всё равно. Тори так не выглядит.

– Послушай меня, глупый маленький человек, – говорит он, а потом произносит те слова, за которые я хочу убить его так сильно, что, кажется, сводит под кожей мышцы. – Что бы ни случилось, я буду

Хотя Князь внешне так убедительно играл в невозмутимость, но клянусь, я заметила как дьявольски полыхнул в сумерках расплавленный изумруд.  Взбесила. Взбесила, раздразнила и вывела за грань.  Мне

Во внутреннем стане Геенны разлад, да ещё и Верхняя канцелярия подняпряглась и почти сорвала праздник. Обставновка кажется безвыходной.  Ну ничего, демоны ещё покажут, как правильно пить шампанское и

Только этот придурок Ирия может разбудить в три часа ночи своим счастливым: – Тесс! Глянь, я купил кота!  

Словно рисуя прямую линию по линейке, летит вниз дрожащая искорка.  Со стороны это очень похоже на падающую звезду. Но на самом деле это падающий ангел.

Ланкмиллер протягивает руку, чтобы двумя пальцами взять меня за подбородок – это у него за приветствие. А я выхватываю взглядом синие прожилки вен под кожей. Бьющиеся, горячие, живые.  Живой.

Я подступилась ещё на шаг, боясь позволить себе хоть одно неправильное движение. Надеялась, что мне удастся подойти совсем близко, чтобы в воздухе снова запахло Тьмой. И тогда, может, он разрешит

– Черт возьми! – Да я пытаюсь, пытаюсь!

В её силах заменить даже самый страшный его кошмар самым прекрасным сном. А вот подняться еще хоть на ступеньку по лестнице в его системе ценностей – на это сил не хватает. У Алексис своё место в

И волосы у тебя непослушные, и с зелёнкой ты не в ладах, домашней работы куча, да и вообще все твои проблемы были бы абсолютно стандартными для всех подростков. Были бы. Если бы в твою жизнь так