История о запретных чувствах, вспыхнувших на тропическом острове. Откровенно, захватывающе, непредсказуемо. От дружбы к любви. Вопреки здравому смыслу и наперекор обстоятельствам. Костя Баринов был
Любовь и война. Два слова, которые мало связаны, но для меня они идут рука об руку. Оба означают трагедию. Они разрывают тебя на части и выбрасывают как ненужный мусор. Война унесла жизнь моего мужа
Исход человечества стал для меня только началом. Инопланетяне положили конец привычной для нас жизни на Земле. Стоит добавить, что не специально, хотя для миллиардов погибших это неважно. Вот
Обри Кендрик посвятила свою жизнь продолжению семейного наследия. Ее время — это не просто деньги, это миллионы. Трудоголик? ДА. По словам ее бывшего, она замужем за своей работой. Ее личная жизнь
Застряв в писанине для однообразной светской хроники, журналистка Дарси Делакорте нацеливается на интервью с миллионером-затворником Микой Лейном. В глубине души она уверена, что загадочный магнат
— Дам вам дельный совет, пацаны, оставьте девушку в покое и валите своей дорогой, — абсолютно ровный тембр звучит довольно внушительно. Следом за таинственным голосом из темноты появляется силуэт.
Задумав переворот, у каждого из нас были свои планы и цели. Виктор хотел власти, Инга свободы, а я всем своим нутром жаждал заполучить красотку Шантарель. В прошлом эта рыжая сучка отшила меня,
Смешались в кучу Люди, Звери... и какие-то непонятные твари. Всё крутится вихрем! А Алекс удобно устроился в глазу бури. Ну... Почти удобно: там, где он оказался ему понадобиться вся изворотливость
И двух тысяч лет не хватило миру, чтобы понять, кто настоящий враг. В войне, где поражение означает участь страшнее самой болезной смерти, где на кону не только тело, но и душа - нам предстояло дать
Тот, который ушел. У каждой девушки есть такой, верно? Моим стал очаровательный британский аристократ, который однажды летом перевернул мой мир с ног на голову. С того момента, как я впервые
Ложь превратилась в кошмар. Она разбила мне сердце. Сломала меня. Сломала нас. Только одно могло залечить зияющую рану, которую она оставила после себя. Ее. Наоми. Вся моя, чтобы забрать. Вся моя,