— Дам вам дельный совет, пацаны, оставьте девушку в покое и валите своей дорогой, — абсолютно ровный тембр звучит довольно внушительно. Следом за таинственным голосом из темноты появляется силуэт.
Задумав переворот, у каждого из нас были свои планы и цели. Виктор хотел власти, Инга свободы, а я всем своим нутром жаждал заполучить красотку Шантарель. В прошлом эта рыжая сучка отшила меня,
Смешались в кучу Люди, Звери... и какие-то непонятные твари. Всё крутится вихрем! А Алекс удобно устроился в глазу бури. Ну... Почти удобно: там, где он оказался ему понадобиться вся изворотливость
И двух тысяч лет не хватило миру, чтобы понять, кто настоящий враг. В войне, где поражение означает участь страшнее самой болезной смерти, где на кону не только тело, но и душа - нам предстояло дать
Тот, который ушел. У каждой девушки есть такой, верно? Моим стал очаровательный британский аристократ, который однажды летом перевернул мой мир с ног на голову. С того момента, как я впервые
Ложь превратилась в кошмар. Она разбила мне сердце. Сломала меня. Сломала нас. Только одно могло залечить зияющую рану, которую она оставила после себя. Ее. Наоми. Вся моя, чтобы забрать. Вся моя,
Я, Макайла Александер, нахожусь на миссии по переосмыслению себя. Поэтому, когда супергорячий парень садится в самолет и демонстрирует свой твердый пресс, я обращаю внимание. Когда он садится рядом
Ненавижу Волкова! Ненавижу! Бросить меня прямо под окнами нашего офиса на глазах у всех! Теперь меня жалеют и утешают, это так унизительно! Особенно — он! Мой босс — и как ни странно, брат того, кто
— Не реви, — двумя пальцами разворачивает мое лицо за подбородок к себе, а затем наклоняется и на вдохе касается губ. Вытягивает из меня тонкие ниточки энергии, и отстраняется, сжав подбородок до
Когда в мои руки попал вражеский генерал, то я и подумать не могла, что желание сломать его обернётся таким огненным вихрем. Кто первый подчинится — тот и проиграл! Но я убила слишком многих, чтобы
В тот день, когда я встретила Его, моя жизнь перевернулась и разделилась на четкие «до» и «после». Он стал моим соблазном, моим искушением и одновременно с этим — ядом, который я готова принять
Он безумен, а я устала быть здравомыслящей. Я наблюдала за ним. Изучала его. Стала одержима им. Доктор Доминик — социальная аномалия. Монстр на виду. Социопат. Под дорогой одеждой и хорошо созданным