Ни будущего. Ни прошлого. Одна неделя. Не больше. У Александрии Коллинз неделя для беспечной жизни: ни призраки прошлого, ни давление будущего не достанут её. Пребывая в новом образе «Чарли́», она

Да, я улетела с Шейном. Безумно ли это? Еще как. Но это была поездка всей моей жизни. То, что мы вытворяли на его личном самолете…божечки. Как бы там не было, мои ожидания померкли на фоне того,

На раскопках на острове Поллепель в руинах замка, Моника находит бутыль с посланием внутри. Она, не задумываясь о последствиях, с легкостью вскрывает пробку и зачитывает древнее заклинание. Что было

Никогда не спрашивайте Варю Лаппа, как размножаются боги. Все ее неприятности начались именно с этого вопроса: пожар в квартире и перемещение в мир, в котором нет привычных технологий, но есть магия,

Рассказы о космосе.

Странные и страшные события происходят в Бранвии. Одновременно погибают герцог и его личный маг. После повторного замужества молодой вдовы исчезает юный наследник. А в крохотной северной деревушке

В далеких легендах, хранящихся на пыльных полках, есть сказание об озере, вода которого может возвратить утраченное. Путь к нему лежит через дорогу, полную трудностей и опасных существ: всемогущие

Выполняя рутинное поручение, Фредерика оказывается в обстоятельствах, вынудивших ее познакомиться с миром, существующим параллельно с реальностью обычных людей. Там обитают вампиры, и у них свои

Он всегда приходит без приглашения во тьме ночной. Имя этому гостю Страх, черный человек, Король Кошмаров. Но разве так страшны иллюзии, если сравнивать с тем, что выплескивает водопадом реальность?

Каждый после школы планирует своё поступление, дальнейшую взрослую жизнь. Я хотела поступить в университет права, бредила этой идеей три года. Только не суждено моей мечте сбыться, родители давно

Первое издание мемуаров Разумника Васильевича Иванова-Разумника (наст. фам. Иванов) (1878­–1946), известного литератора, близкого знакомого, корреспондента и редактора Блока и Белого, идеолога

Исторический роман. История с богословием. Только для взрослых. О временах, нравах, верованиях на рубеже 4–5 веков в жизнеописании грамматика, ритора, философа, ставшего христианским православным

Первый том планируемого к изданию четырехтомника доктора исторических наук О. Ю. Пленкова посвящен социальной истории Третьего Рейха. За двенадцать лет существования нацистского государства были

В тринадцать лет Макс Вебер штудирует труды Макиавелли и Лютера, в двадцать девять — уже профессор. В какие-то моменты он проявляет себя как рьяный националист, но в то же время с интересом

Двадцатый век в истории Русской Православной Церкви оказался периодом великого испытания. Это было время мученических подвигов миллионов христиан. Но, несмотря на тьму богоотступничества, на попрание