Антиутопия о России будущего, к которой мы, я надеюсь, никогда не придем.

Елизавета Сухомлинова горела желанием помочь дочери: после развода муж забрал себе их сына и не позволял Ане с ним видеться. Но где найти денег на адвоката? Елизавете удалось устроиться консьержкой в

Последовавшие за Катаклизмом конфликты охватили Азерот до последнего уголка. Намереваясь под шумок прибрать к рукам новые источники ресурсов, необходимые, чтобы прокормить разрастающуюся машину

Еще никогда битва Тьмы и Света не выглядела так эпично!

В одном из городов Сибири убита хранительница воровского общака по кличке Шахиня. Исчезла крупная сумма денег. Свидетели утверждают, что за рулем автомобиля, замеченного на месте преступления,

Всего год прошел после того, как Михаил Карпов, бывший спецназовец, бывший омоновец на пенсии, и одновременно писатель-фантаст – в 2018 году попал на десятки лет назад – в 1970 год. Идет 1971 год –

Вере Азаровой хватало неприятностей, но их стало больше, когда мечта всех девчонок Марк Василевский обратил на нее внимание. Кто-то начал присылать Вере анонимные сообщения с угрозами. Возможно, это

Миры - загробный, и те что за ним. Боги и их создатели. Сны и реальность, ими сотворённая. И смерть, которая только начало.

Не сдаваться. Никогда. Сражаться до конца. Представитель цивилизации, что пошла иным путём развития, по воле случая, оказывается на техногенной планете. Идёт война. Плен. Секретный подземный

Импровизируй, приспосабливайся и побеждай. Эта мантра как нельзя лучше подходит морским пехотинцам, она подходит и мне. Импровизируй. . . Я нахожусь практически на вершине мира и борюсь со

Мечты судьи Ирины наконец сбылись: она больше не «разведенка с прицепом», а счастливая жена и мать двоих детей. Только после родов она сильно располнела и боится, что потеряла привлекательность для

Май 1937 года. Гражданская война продолжает свой кровавый ход в Испании, но битва идет и вдалеке от полей сражений. Фалько отправляется в Париж со сложной миссией: попытаться, насколько это возможно,

Его зовут Фрост, и он — никто. Сирота, воспитывавшийся в интернате в желтой зоне, со смутным прошлым и без особых перспектив на будущее. Будто в насмешку судьба наносит ему очередной удар,