В 1930-е годы Советский Союз оказался на грани войны с Японией, имперские амбиции которой простирались от Байкала и Приморья до Китая и европейских колоний в Южных морях. Ожесточенные военные схватки

Новый роман Олега Маркеева продолжает сюжетную линию романа «Странник: Оружия возмездия». Противостояние Максима Максимова и магистра ордена «Черного солнца» выходит на новый уровень. О личной мести

Еще вчера у нее было все – карьера, успех и, главное, семья. Казалось, ее счастье незыблемо. А сегодня ей пришлось узнать о темных, тягостных и смертельно опасных тайнах, окружающих “счастливую

Еще в юности Рюноскэ Акутагава определил для себя главную тему творчества: бесконечная вселенная человеческого духа и тайны человеческой психологии. Материалы для большинства своих новелл писатель

Еще в юности Рюноскэ Акутагава определил для себя главную тему творчества: бесконечная вселенная человеческого духа и тайны человеческой психологии. Материалы для большинства своих новелл писатель

"Он читал Анатоля Франса, подложив под голову благоухающий ароматом роз скептицизм. Он не заметил, что в этой подушке завелся кентавр". "Темно-синие ивы, темно-синий мост, темно-синие лачуги,

Еще в юности Рюноскэ Акутагава определил для себя главную тему творчества: бесконечная вселенная человеческого духа и тайны человеческой психологии. Материалы для большинства своих новелл писатель

"Он читал Анатоля Франса, подложив под голову благоухающий ароматом роз скептицизм. Он не заметил, что в этой подушке завелся кентавр". "Темно-синие ивы, темно-синий мост, темно-синие лачуги,

"Он читал Анатоля Франса, подложив под голову благоухающий ароматом роз скептицизм. Он не заметил, что в этой подушке завелся кентавр". "Темно-синие ивы, темно-синий мост, темно-синие лачуги,

"Он читал Анатоля Франса, подложив под голову благоухающий ароматом роз скептицизм. Он не заметил, что в этой подушке завелся кентавр". "Темно-синие ивы, темно-синий мост, темно-синие лачуги,

"Он читал Анатоля Франса, подложив под голову благоухающий ароматом роз скептицизм. Он не заметил, что в этой подушке завелся кентавр". "Темно-синие ивы, темно-синий мост, темно-синие лачуги,

"Он читал Анатоля Франса, подложив под голову благоухающий ароматом роз скептицизм. Он не заметил, что в этой подушке завелся кентавр". "Темно-синие ивы, темно-синий мост, темно-синие лачуги,

Эта новелла Акутагавы представляет собой переработку одноименной новеллы китайского писателя Ли Фуяня (IX в.).

Ужасное похищение – нет, это было слишком даже для Виктории Мэлоун, гордо – и вполне невинно – называвшей себя не иначе как «искательницей приключений». Еще хуже, что загадочный похититель принял ее

"Он читал Анатоля Франса, подложив под голову благоухающий ароматом роз скептицизм. Он не заметил, что в этой подушке завелся кентавр". "Темно-синие ивы, темно-синий мост, темно-синие лачуги,

«Он читал Анатоля Франса, подложив под голову благоухающий ароматом роз скептицизм. Он не заметил, что в этой подушке завелся кентавр». «Темно-синие ивы, темно-синий мост, темно-синие лачуги,

"Он читал Анатоля Франса, подложив под голову благоухающий ароматом роз скептицизм. Он не заметил, что в этой подушке завелся кентавр". "Темно-синие ивы, темно-синий мост, темно-синие лачуги,

"Он читал Анатоля Франса, подложив под голову благоухающий ароматом роз скептицизм. Он не заметил, что в этой подушке завелся кентавр". "Темно-синие ивы, темно-синий мост, темно-синие лачуги,

Серия романов о Стефани Плам принесла широкую известность американской писательнице Джанет Иванович. Каждый роман о ней – чтение увлекательное, интригующее и веселое. В `Горячей шестерке`

Человек, который осмелится поклясться Рунным Посохом, тем самым неминуемо изменит свою собственную судьбу, равно как и судьбу своего мира. За всю историю Рунного Посоха таких клятв было немало,