Она потребовала право первой ночи. Она вынудила выполнить ее волю. Казалось бы, не забрала ничего существенного, но в итоге лишила меня всего: гордости, сна, будущего. Убить тебя, принцесса,

Если тебе сказали: "Крепись, малышка" — беги. Только вперед, без оглядки, куда-нибудь, не останавливаясь на передышку. И вроде бы в голосе пожилой дамы не слышалось никакой угрозы, лишь забота и

Она отчаялась, жила одним днем, не верила в будущее, видела только работу, дом и Бэна, постоянного спутника жизни. Казалось, ничего уже не могло измениться в этой рутине повседневности. Но у нее