Что может сделать маленькая группа талантливых и отважных людей, попавшая в прошлое нашей Земли в другом измерении? Многое — если у них есть грамотный пиар, немного высокотехнологичного оборудования

Далекая, далекая планета, далекая и во времени и в пространстве. Группа бойцов советской армии оказавшаяся в чужих краях не по своей воле, огнем и мечом строит новый справедливый мир.

В книгу Майкла Муркока «Вечный Герой» вошли две части «Хроники Эрекозе» — «Вечный герой» и «Феникс в Обсидиановой стране». Читатель вновь встретится с еще одной ипостасью Великого Воителя — Героем по

Четвертый том собрания сочинений Андрэ Нортон продолжает сериал «Колдовской мир».

В книгу известной американской писательницы-фантастки вошли произведения из серии «Мир ведьм», написанный в жанре фэнтэзи.

«Стояла дивная зимняя петербургская ночь. С пятисотсаженной высоты башни ярко светило городское электрическое солнце, по обилию световых лучей нисколько не уступавшее тому светилу, которое каждое

«Андриан завыл… вой его раскатился по лесу, пробежав по холмам и долам, и словно отозвался эхом. Но то было не эхо, а отклик старого волка. Отклик этот раздался из глубины оврага. Андриан замолк, и

Г.Ф. Лавкрафт не опубликовал при жизни ни одной книги, но стал маяком и ориентиром целого жанра, кумиром как широких читательских масс, так и рафинированных интеллектуалов, неиссякаемым источником

Коровник есть коровник, что на земле, что на других планетах. И для Хитча, молодого специалиста по связям между мирами, оказалось полной неожиданностью то, кем были «коровы» этого мира. ©

Только что со мной произошла совершенно дикая, невообразимая история. Не разрешите ли с вами посоветоваться?.. А. Конан Дойл. Записки о Шерлоке Холмсе

Знаете, как я обалдела, когда оказалось, что симпатичный парень, которого я подсадила в машину на лесной дороге вампир, да ещё и голодный? Хотя всё оказалось не так страшно. Парень, как парень,

Впервые на русском — новейший роман классика американского постмодернизма, автора, стоявшего, наряду с К. Воннегутом, Дж. Хеллером и Т. Пинчоном, у истоков традиции «черного юмора». «Всяко третье